Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
19:16 

Вне существования

Только творчество, только хардкор
Рассказ.

«…Бессмыслица - искать решение, если оно
и так есть. Речь идет о том, как поступать
с задачей, которая решения не имеет…»
«Понедельник начинается в субботу»
Аркадий и Борис Стругацкие


-Так, стоп, – осадил меня Павел. – Давай будем называть вещи своими именами. Ведь будет проще!
-Да, действительно, упростил задачку, – хмыкнула я. – Вот этот кусок нереальной нематериальной абстракции есть ничто иное, как кусок нереальной нематериальной абстракции. Тебе стало легче от той абракадабры, что я сейчас произнесла?
-Смотри на это с другой стороны! Я знаю, что это всего лишь нематериальная и нереальная абстракция. Ничем другим это уже быть не может, ведь так? Значит, мне легче, моя неопределённость уменьшилась в эн раз.
-Да ты что! Но вот что же ты теперь будешь делать со своим знанием и с энным числом бит, которые ты получил? Положишь на полочку и забудешь? Только вот найди для начала мне хоть что-то, отдалённо напоминающее полочку. Чёрт возьми, мы находимся среди психоделики! Эти неясные формы сводят меня с ума. Я не могу привыкнуть к тому, что для всего здесь не надо находить объяснение, всему не надо давать чёткое имя. В нашем мире было проще.
-Это не наш мир. Здесь всё иначе. Здесь всё ново. Почему же ты не хочешь это принимать? Отдайся полёту фантазии! Оторвись от привычного! Всё иное, так радуйся этому. Все правила здесь устанавливаем лишь мы. И вот этот самый пресловутый кусок нематериальной абстракции может принять форму того, что я захочу. Он может послушаться меня, сделать всё по моей воле. Давай же, помечтай!
Я помечтала. Потом помечтала ещё раз. После десяти попыток помечтать я сдалась.
-Мой мозг пуст. Я не могу ничего придумать, – обратилась я к коллеге. Тот в этот момент сидел на радужном облаке и лепил колобка из пучка абстрактности.
-Я тебя не понимаю. Там, в нашем мире ты была более мечтательной. Я всегда думал, что стоит дать тебе волю, и ты такое сможешь создать! Наверное, профессор тоже знал это, когда отправлял нас сюда. Эльза, ты можешь. Просто ты делаешь всё неправильно. Тут главное не сосредотачиваться на своих мыслях, рассуждениях и математике, а просто творить, фантазировать. Рискни забыть всё то, чему нас учили, и просто бездумно придай любую форму любому пучку абстрации, имеющемуся у тебя под рукой.
-Забыть всё, чему меня учили? И это говоришь мне ты, магистр физико-математических наук? – усмехнулась я. Паша молча отпустил колобка гулять на все четыре стороны. Тот радостно покатился по поверхности Нереальности и, повернув под немыслимым, по нашим меркам, углом, скрылся с глаз.
Я глубоко вздохнула. Фантазия…. Полёт воображения…. Это кажется таким лёгким, когда мы живём в строгих рамках физических законов и формул. Когда наша свобода скована, когда нам говорят, что радуга – это ничто иное, как разложение светового луча на спектр, мы поневоле начинаем искать убежище от всей этой сухости и обыденности. Мы спасаемся в мечтах, воображая иные миры, где всё иначе, а законов никто и не писал. И, кто знает, как эти мечты влияют на нашу жизнь. Но сейчас….
Как вообразить себе что-то нереальное, фантастическое, когда ты и так находишься среди фантастической нереальности? Когда границ нет, а законы не существуют? Это тяжёлая дума.
Эх, хорошо бы было сейчас устроиться на чём-нибудь мягком и уютном. Вон тот пласт нематериальной абстракции вполне подойдёт на эту роль. Я подошла к нему, и, закрыв глаза, плюхнулась на наиболее горизонтальную поверхность. К моему удивлению, она не была твёрдой. Я упала на что-то мягкое и как раз подходящее под мои размышления. Открыв же глаза, я обнаружила, что абстракция приняла форму софы, мягкой глубокой софы, на которой так много можно делать, в то же время не делая ничего.
Я попыталась не удивляться содеянному. Итак, вот как работает этот мир. Начинаю улавливать суть. Продолжим? К мягкой софе отлично бы подошёл тёплый плед и кружечка горячего шоколада…. Хм…. Ну же?
Сверху на меня упал мягкий клетчатый плед, а на подлокотнике софы возникла кружка с шоколадом. Я довольно улыбнулась. Мир фантазий…. Не фантазии, а желания помогает осуществлять этот мир. Однако, он мне уже нравится….
Так, продолжим размышления о смысле абстракций. Эта параллельная реальность, куда нас с Павлом отправил профессор Старцев, была далека от привычных человеческих представлений о реальности. Она была открыта экспериментальной установкой «Альбатрос2000», спроектированной учёными нашего института.
Проект, основанный на самых современных технологиях, произвёл переворот в научном мире – благодаря «Альбатросу» у нас появилась возможность рвать пространственную ткань и открывать иные измерения и реальности. Совсем недавно это считалось фантастикой, существование параллельных миров опровергалось, и все попытки создать стройную теорию душились в корне. Но вот, в один прекрасный вечер, один из выдающихся умов нашего института, прихватив с собой бутылочку абсента и упаковку табака, уединился в своём кабинете. Вышел он оттуда уже на следующее утро. Никто не знает, как ему это удалось, но за ночь этот гениальный человек разработал примерный проект установки. Проект был подан на стол профессору А.Б.Беляеву, который, после некоторых уточнений технических аспектов, незамедлительно подписал указ о начале разработок. И вот, спустя шесть лет мытарств и технических инноваций, «Альбатрос2000», точнее, тогда ещё просто «Альбатрос», был запущен. Конечно же, его создание и запуск здорово переполошили весь мир.
Первые исследования и вылазки проводились очень осторожно. Каждую открытую реальность воспринимали с восторгом и энтузиазмом, все твердили о новой эре в научных открытиях.
Но вот, прошло пять лет, в течение которых установку «Альбатрос» не раз совершенствовали. Путешествия по смежным измерениям стали гораздо привычнее и безопаснее. Кроме того, выяснилось, что этих самых измерений существует великое множество. Исследовать хотелось все, исследовать хотелось сразу, исследовать хотелось качественно, поэтому сейчас, наряду с высококлассными подготовленными специалистами, по смежным реальностям путешествуют и студенты нашего прославленного института.
Однако наша с Павлом экспедиция была гораздо более серьёзной. Студентов обычно отправляли только в те измерения, которые, по данным приборов, были более или менее схожи с нашим миром. В реальности же, столь разительно отличающиеся от привычных, отправляли только хорошо подготовленных специалистов. Не знаю, что послужило тому причиной, но ровно неделю назад, в дождливый осенний день, я была вырвана из лаборатории, в которой работала над расчетами к проекту своего начальника – академика И.В.Борзовского.
В лабораторию забежала секретарша с кафедры пространственно-временных инноваций и сообщила мне, что заведующий этой кафедры – профессор Александр Григорьевич Старцев ждёт меня у себя в кабинете. Не медля ни секунды, я сгребла расчеты в ящик стола, замкнула лабораторию и помчалась в соседний корпус, полностью отведённый под «Альбатрос» и кафедру Старцева.
Собственно говоря, я давно ждала, когда Старцев предложит мне работу, ведь, что ни говори, а я была одной из лучших его студенток. Но на момент моего поступления в аспирантуру, у него на кафедре не было свободных вакансий, и мне пришлось устраиваться к Борзовскому – зануде-математику, который сразу же стал грузить меня нудной и бесполезной работой. Но вот, я требуюсь там, где мне нравится больше, и потому я здесь.
Залетев в кабинет Старцева, я, первым делом споткнулась о вытянутые ноги своего однокашника Павла, который развалился в удобном кресле. Он успел меня поймать, и мы обменялись дружественным рукопожатием.
-О, Эльзочка, рад, что вы смогли прийти, – улыбнулся Старцев, сидящий за столом. – У меня для вас радостная новость – наконец-то нашлась работа в моей лаборатории. Думаю, это вас заинтересует.
-Несомненно, Александр Григорьевич, – улыбнулась я в ответ. – Я буду рада любой работе в вашей лаборатории.
-Тут дело даже не столько в моей лаборатории…. Вас двоих ждёт Альбатрос, настроенный на уровень «А».
Я охнула. Уровень «А» значил, что реальность, в которую попадут исследователи, является наиболее сложной и во многом отличающейся от нашей реальности. Туда не посылают без подготовки. Это может быть потенциально опасно для исследователей. Что же послужило причиной столь неожиданного назначения? Я не преминула спросить об этом у Старцева.
-Видите ли, Эльзочка, обстоятельства сложились таким образом, что у нас в наличии не оказалось настолько подготовленных испытателей. Это измерение требует особой подготовки, особых личностных характеристик. Ни один из штата моих испытателей не подходит для путешествия в эту реальность так же хорошо, как Вы и Павел.
Я охнула снова и опустилась на услужливо представленный мне Пашей стул.
-Но я же…. Но меня ведь…. Да я же даже не…. – стала мямлить я.
-Соберись, тряпка! – ободряюще шепнул мне Паша, и я закрыла рот.
-Сколько я помню Вас, Эльза, вы всегда отличались завидной фантазией и непревзойдённой способностью находить самые невероятные применения самым обычным вещам. А именно это и требуется для путешествия в эту реальность. Около недели назад «Альбатрос» начал пошаливать. Точнее, это мы сначала так подумали. Девочки из аналитического отдела дружно заметались в панике, когда он стал выплёвывать им листки с такими невероятными характеристиками. Альбатрос нашёл новое измерение, все параметры которого разительно отличались от ранее известных. Частотные датчики зашкаливало, невероятностные коэффициенты были на несколько порядков больше обычных. Разумеется, что сначала мы погрешили на программистов – они как раз недавно обновляли некоторые подпрограммы. Но более тщательные изучения отчётов по новому измерению показали, что с датчиками всё в порядке, а мы оказались на границе небывалого открытия. Действительно, такой реальности мы ещё не находили. По нашим расчетам, она настолько сильно отличается от нашего измерения, что вполне нормальным будет присваивать ей не уровень «А», а уровень «Экстра», который мы тут же и придумали. Но мы побоялись делать такие резкие заявления, предварительно не исследовав это измерение самостоятельно, и не убедившись в его невероятности. А поскольку от этой реальности можно ждать всего, что угодно, мы решили отправить туда не обычных исследователей, готовых на контакты любого рода и препятствия любой сложности, а исследователей, готовых вообще на всё. Таковыми вы и являетесь, дорогие мои Эльза и Павел.
Старцев закончил свой монолог и выжидающе уставился на нас. Я подобрала челюсть.
-Когда нам приступать? – поинтересовался Паша.

И вот, спустя ещё пару часов инструктажа и изучения характеристик нашего испытуемого, мы с Пашей отправились к трансреальному отсеку «Альбатроса». Под напутственные пожелания ребят с кафедры, мы зашли внутрь установки. Парни из отдела перемещений начали набирать параметры реальности, в которую нам предстояло отправиться. Старцев за стеклянным окном ещё раз помахал нам и показал на пояс. И у меня, и у Паши на поясе находилась кнопка экстренного возвращения – на случай, если что-то пойдёт не так.
Пошёл обратный отсчёт. 10 секунд спустя мы были перемещены в реальность уровня «Экстра». Единственную пока в своём роде.
И в первые же мгновения пребывания там меня охватила паника. Меня окружало Абсолютное Ничто. Ни света, ни цвета, ни формы, ничего. Я, ослепшая, парила в невесомости, не чувствуя ни парения, ни какого-либо соприкосновения с хоть какой-то поверхностью.
Я попыталась закричать. Но я не услышала своего голоса. Я начала махать руками, но внезапно поняла, что не чувствую ни рук, ни ног, ни прочих жизненно-важных органов. Абсолютное Ничто поглотило и меня.
И вот, когда мой мозг был готов удариться в столь же Абсолютную Панику, пространство резко обрело черты. Я стояла на чём-то невероятно разноцветном и переливающемся, не имеющем до конца определённой формы и структуры, но всё же, хоть чем-то отличающемся от предыдущего состояния. Я вновь стала ощущать себя, я видела свои руки, ноги, тело в герметичном костюме.
-Паша! Паша, где ты?!
-Тут я. Незачем так кричать, – Паша неожиданно вывернул из ниоткуда.
-Что за чертовщина тут творится? Я ничего не понимаю. Это ни на что не похоже!
-Ну, нас же предупреждали, чего ж ты как маленькая! Здесь всё совсем не так. И, похоже, что всё в этой реальности подчиняется нашим мыслям. Этакий пластилин, из которого можно вылепить всё, что угодно. Как тебе, а?
Спустя ещё несколько минут спора и моей паники, мы с Пашей оказались как раз в том состоянии, с которого я начала своё повествование.
Я начала постепенно понимать законы этого мира. Всё принимало формы, которые я сама хотела этому всему придать. И вот, некоторое время спустя, я сидела на огромном раскидистом дереве в своём собственном фантастическом мирке. Где-то неподалёку бродили радужные единороги, вокруг меня порхали бабочки невероятных размеров и расцветок, а в десяти минутах ходьбы от моего дерева начинался невероятный лес. Плавно пространство заполнялось прочими деталями, которые мне подсказывала моя фантазия. Паша был где-то в своём мирке, со своими причудами. Мне же было очень даже неплохо здесь. Я фантазировала и размышляла о вечном, попутно не забывая вести отчёт, разумеется.
Внезапно моё уединение было нарушено.
Сначала я просто почувствовала чьё-то присутствие. Мне стало не по себе. Я принялась вертеть головой в поисках пришельца. В голове пульсировала мысль: «Контакт!». Но пришелец не появлялся. Тогда я изо всех сил пожелала увидеть хозяина этого места. Сразу же передо мной возник человек. Обычный человек, такой же, как и все обычные люди. Никаких отличий я, по крайней мере, не заметила. Может, он и говорит так же?
Я рискнула попробовать:
-Здравствуйте. Вы – обитатель этого мира? Я из другого измерения. Моё имя – Эльза. Я пришла с миром.
Человек несколько мгновений простоял неподвижно. Затем, как будто опомнившись, он согнулся от спазма, возникшего в его теле.
-Зачем? Зачем так много имён? Почему?
-В чём дело? Что-то не так? Я сказала что-то не так?
-Всё, всё не так! Этого не должно было быть! Зачем вы пришли? Нет, нет, не отвечайте. Хватит уже обрекать нас на этот кошмар!
Я впала в ступор.
-Какой кошмар? Разве всё это – плохо для вас? Извините меня. Я не знала, что для вас, обитателей этого мира, такие пейзажи являются кошмаром.
Пришелец несколько успокоился и внимательно посмотрел на меня.
-Не в этом дело. Для нас…. Впрочем, какие «мы»? «Нас» не существует! Всё, что вы создаёте – не существует на самом деле. Мы не имеем формы, мы не подвержены законам времени. Мы не существуем.
-Вы не существуете? Как это? Вы – Ничто?
-Нет. Мы не ничто, мы не что-то, мы не среднее между этим. Здесь не существует имён и названий. Здесь само по себе не существует. Нет ни Абсолюта, ни чего-либо ещё. Просто ничего нет. Мы ничему не подчинены.
-Абсолютная Свобода? – до меня, кажется, начало доходить.
-Да нет же! Нет имени! Как ты не понимаешь! Вообще ничего нет! – пришелец снова начал паниковать. – Вы! Пришли! Вы дали всему имена. Вы заставили принимать форму! Заставили быть чем-то! Невозможно!
До меня начала доходить истина.
-Кто Вы? Обитатель этого мира?
Пришелец покачал головой.
-Вы – это и есть этот мир?
Пришелец вновь покачал головой.
-Вы – проекция моих мыслей и желаний?
Пришелец опять покачал головой.
-Нет имени. Нет названия. Нет ничего. Тебе не понять. Ты зависишь от названий и форм. Их нет! Нет ничего! Нет пустоты, нет пространства, нет субстанции и нет материи! Ничего нет! И так надо! Вам не место здесь! Это не для вас! Нельзя! Уходите!
Внезапно пространство вокруг меня снова стало пустым. Снова не было ничего. Снова короткий миг ужаса. И вдруг….
Я стояла в установке «Альбатрос 2000». Рядом со мной стоял Паша. Вид у него был крайне задумчивый.
Открылась дверь, мы вышли. Нас обступила толпа.
-Как так? Почему так быстро? Что-то пошло не так? – удивлённо расспрашивал нас Старцев.
Мы с Пашей переглянулись.
-Профессор, нам необходимо поговорить с вами наедине, – заявила я.
-Наедине? – профессор помрачнел. – Что-то явно случилось. Идём.
Мы прошли за Старцевым, пробиваясь сквозь толпу любопытных. Вскоре мы очутились в его кабинете. Старцев закрыл дверь на ключ, и указал нам на кресла. Мы с Пашей сели.
-Итак, рассказывайте. Что произошло?
Я подробно рассказала профессору всё, что произошло с момента перемещения в ту реальность. Паша подтвердил мои слова и рассказал свою историю, схожую с моей, как две капли воды. Всё это время Старцев слушал нас, листая отчёты, которые мы успели набросать за время пребывания в той реальности.
-Александр Григорьевич, у меня есть предположение. Я думаю, что эта реальность действительно отличается от нашей. Настолько сильно, что нам не стоит туда соваться. Обитатели её…. Даже не знаю, у неё нет обитателей. И нет имён. Это нечто, что не подчиняется нашей, человеческой логике. Что-то, чего мы никогда не в силах будем понять. Мне кажется, что там, в той реальности, действительно свобода. Пусть это и нельзя так назвать там, но для нас – это настоящая свобода. Абсолютная. Без имён и формы, без подчинения чему-либо. Настолько абсолютная свобода, что её даже нельзя так назвать. Наше пребывание в той реальности лишало её той самой свободы. Мне кажется, что нам нельзя там больше появляться.
У Старцева зазвонил телефон. Он снял трубку. Несколько минут он молчал. Затем коротко согласился с чем-то и положил трубку на место.
-Звонили из аналитического отдела. Они потеряли эту реальность. При настройке «Альбатроса» на параметры «Экстры», приборы молчали. Знаете, как наткнуться на пустую радиоволну.
Мы с Пашей подскочили со своих мест. Старцев кивком попросил нас сесть.
-Вот что я думаю, – спокойно сказал он. - Доводы Эльзы бесспорно правдивы. То место не для нас. Люди никогда не смогут понять то, у чего нет имени, формы и свойств. Конечно, такая гибкость была бы полезна нам с практической точки зрения, но…. Судя по всему, мы нарушали какие-то внутренние законы того мира. Да, знаю, законов там тоже нет. Я просто пытаюсь провести хоть какую-то параллель, чтобы вам было понятнее. Впрочем, думаю, вы и так всё понимаете не хуже меня.
Мы кивнули.
-Вот как я предлагаю поступить. Отчёты и прочее мы сохраним в папке с грифом «Совершенно секретно». Никто и никогда не узнает о том, что было нами обнаружено. Разумеется, для сохранения тайны, мне потребуется ваша помощь. Вы же никому об этом не расскажете, так?
-Разумеется.
-Вот и отлично. На этом и порешим. Пусть тот мир существует где-нибудь там, без нас. А мы будем существовать без него. До тех пор, пока не научимся принимать такой уклад. Пускай у нас будет к чему стремиться.
Мы ещё долго проговорили с профессором Старцевым в его кабинете. После того события существенно изменилась политика исследования других реальностей. Много чего ещё изменилось с того события. Но я ещё частенько буду просыпаться среди ночи в холодном поту, от того, что мне приснился сон о первых секундах пребывания в той реальности. Сон о нескольких секундах вне существования.

@темы: двое: я и моё безумие

URL
   

Творчество из литровой банки

главная