Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
09:28 

Звук из вентиляции

Только творчество, только хардкор
Рассказ.

Стивену Кингу, королю ужаса


Наверное, мне не стоило упоминать Стивена Кинга, когда папа полез чинить вентиляцию в ванной комнате.
Стояло хмурое майское утро, одно из тех, в которые мир замирает на одной звенящей, предгрозовой ноте. Я валялась на диване с книжкой в руках, наслаждаясь бездельем выходного дня. Герой книги как раз готовился войти в номер отеля, нарушая запрет отца, когда в мою комнату заглянул мой собственный отец с ящиком инструментов в руке:
-Хватит лодырничать! Пойдём, поможешь мне немного с ремонтом.
-Да, сэр! – выдала я, плавно возвращаясь из мира книги в реальность.
-Давай без всяких «сэров» тут, - хмыкнул папа. Я виновато развела руками – миры некоторых писателей затягивали меня так сильно, что границы стран исчезали.

-Чего читала-то? – поинтересовался папа, стоя на табуретке и откручивая защитную решётку на вентиляционном окне.
-Стивена Кинга. Дошли до него руки, наконец.
-Ну вот зачем забиваешь голову всякой ерундой? Взяла бы, да почитала что-нибудь по учёбе. Мало тебе книжек научный руководитель подкинул? – папа скривился, услышав имя «короля ужасов».
-Лень, - пожала плечами я. – Охота расслабиться.
-Ну тогда взяла бы Гаррисона того же, или, вон, целая полка классики у тебя. Всё поинтеллектуальнее, чем это.
-Да ладно, пап, - отмахнулась я. – У Кинга тоже есть «умные» романы. «Мёртвую зону» хотя бы вспомни.
Папа фыркнул, но не стал возражать. Тем более, ему, наконец-то, удалось поддеть последний, намертво вкрученный шуруп, прикреплявший решётку к стене.
-Такое ощущение, что они за этой решёткой клад спрятали, - проворчал папа, яростно орудуя отвёрткой и плоскогубцами. – Так крепко всё закручено.
В эту квартиру мы въехали полгода назад, и всё это время наша семья находилась в состоянии непрерывного ремонта. Хоть ремонт, оставшийся от прежних хозяев, и был на высоте, всё равно находились моменты, которые нам хотелось исправить на свой лад. И всё то время, что мы методично меняли различные мелочи квартиры, мы не уставали удивляться странностям бывших хозяев квартиры. Мастерство, с которым был выполнен ремонт, потрясало даже папу – умельца на все руки. Однако местами было заметно, что хозяева перестарались с надёжностью – плинтус был не только прикручен, но и приклеен; все межкомнатные двери были зачем-то укреплены металлоконструкциями; распределительные коробки были так тщательно замазаны штукатуркой, что мы немало сил потратили, прежде чем, наконец, нашли их. Всякий раз, обнаруживая очередную «премудрость», мы недоуменно разводили руками – что заставило этих людей так поступить?
Вот и сейчас, когда папа решил сделать с неработающей вентиляцией хоть что-то, он столкнулся с рядом проблем – кроме намертво вкрученных шурупов, решётку у стены держал ещё и мощный клей. Впрочем, надо отдать должное напористости папы – вооружившись шпателем, он старательно отковыривал уже ненавистную ему решётку от стенки.
-Победа! – наконец, заявил он, держа в одной руке шпатель, а в другой – маленький прямоугольник защитной решётки.
Я задумчиво заглянула в образовавшуюся в стене дыру. Из маленького, неровно забетонированного отверстия дохнуло затхлостью и чем-то крайне мерзким.
-Сдаётся мне, у соседей на обед опять отрава, - прокомментировала я.
-Кажется, это не от соседей, - покачал головой папа, внимательно разглядывая доступное ему нутро вентиляционного отверстия. – Кажется, шахта чем-то забита. И это что-то, судя по всему, некогда было живым.
-О, да, - хмыкнула я. – Прежние хозяева квартиры убили незадачливого коммивояжера, расчленили его труп и выкинули по кусочкам в вентиляционную шахту. А затем, чтобы их никто не заподозрил, они закрепили решётку так, чтобы никто отодрать не смог.
Папа задумчиво посмотрел на меня. В его взгляде читалось всё отношение к любимой мной литературе. Я прикусила язык.
-Наверное, какие-нибудь крысы, - тем временем заметил папа.
И тут из вентиляции раздался жуткий звук, до одури напоминающий человеческий вопль. Папа чуть не упал с табуретки, я отскочила от двери в ванную комнату на два метра.
-Свали всё на ветер, пожалуйста! – взмолилась я, не сводя с зияющей в стене дыры широко раскрытых глаз.
-С удовольствием, - папа почесал затылок шпателем. – Жутковатый ветер, конечно.

За окном прогрохотал гром. В квартире потемнело – тучи сгустились, превратив полдень в сумерки. В вентиляционной шахте гулял ветер – его привычные завывания нисколько не пугали. А вот жуткий звук, который раздавался из той же шахты уже третий раз за полчаса, невозможно было игнорировать.
-Самое странное, что ветер слышится сверху, - сообщила я, прислушавшись. – А то, другое – снизу.
-Возможно, где-то внизу в шахте есть щель, через которую тоже проникает воздух, - папа рассуждал вслух. – И оттого ветер, попадая туда, звучит так неприятно.
-Пожалуйста, пусть это будет так! – я не на шутку перепугалась. Тот звук заставлял меня перебирать в голове все сюжеты из фильмов ужасов и книг старины Кинга. Не могу сказать, что они меня радовали в свете последних событий.
Из шахты донёсся очередной жуткий звук. Я насторожилась – он чем-то отличался от тех, что мы слышали раньше.
-Как будто стал ближе, - отметил папа.
-Не самая лучшая новость! – возмутилась я.
Звук вновь повторился – он стал ещё ближе. И теперь к нему добавился ещё один звук – лёгкое царапанье, словно бы маленький котёнок точил когти о бетонную стенку.
Я, переборов страх, залезла на табуретку и заглянула в вентиляционное отверстие. Разумеется, я ничего не увидела – темно было, как в подполье. Мне в лицо дохнуло могильным холодом.
«Всего лишь ветер» - попыталась успокоить себя я. Но ветер принёс бы свежесть, а с этим воздухом шёл лишь усиливающийся запах разложения. Успокоиться не получилось.
Звук повторился ещё раз, и теперь он перерос в непрекращающееся завывание, похожее на смесь хищного урчания и стона. Не спрашивайте, откуда я знаю, как звучит такая смесь. Я и сама не знаю ответа на этот вопрос.
Как бы то ни было, теперь этот жуткий звук, сопровождаемый царапаньем, не прекращался, и, судя по всему, достаточно резво приближался к нам.
-Поставим решётку на место, ну пожалуйста! – взмолилась я.
Папа моё мнение разделил, и, поднявшись на табурет, собрался было закрыть вентиляционное отверстие, когда из его глубин появилось то, что издавало царапающие звуки – длинная и костлявая трёхпалая лапа с острыми когтями. Она высунулась из дыры и царапнула папу по руке. Он отшатнулся от неожиданности, и чуть было не упал с табурета. Однако былая армейская выучка сделала своё дело – он быстро восстановил равновесие и, не задумываясь, врезал увесистой ручкой отвёртки по этой жуткой лапе. Та отдёрнулась на миг – и этого мига отцу хватило, чтобы крепко прижать решётку к стене.
Я, спохватившись, протянула папе шурупы. Он резво начал закручивать их в стену. Давалось с трудом – с той стороны в решётку что-то билось, стремясь вырваться наружу. Но глупо было бы сравнивать силу взрослого мужчины с силой какой-то костлявой лапы, пусть и являющейся продолжением какого-то сверхъестественного туловища.
Уже через десять минут решётка была намертво прикручена к стене. С другой стороны всё ещё слышались удары и омерзительные вопли, но они вскоре стихли. Слышно было, как нечто, оставив свои попытки вырваться наружу, с каким-то склизким шорохом скатилось вниз по шахте вентиляции и замолкло.
За окном разразилась гроза. Дождь хлестал по стёклам, вспышки молний сверкали то тут, то там. Слушая громовые раскаты, мы с отцом негласно решили, что инцидент этот замнём – не будем даже пытаться выяснить, что же было источником этого жуткого звука. Вентиляцию тоже было решено больше не трогать – от греха подальше.
-И, разумеется, мама ни о чём не должна знать, - уже вслух добавил папа. Я кивнула.

Что бы там не обитало, какая бы замогильная жуть не водилась в нашей вентиляции – это явно не наше дело. И что-то мне подсказывало, что во всех квартирах, связанных с этой вентиляционной шахтой, окно вентиляции было зарешёчено точно таким же образом – как можно крепче, лишь бы не сорвалось.
После того случая мы задумались также и о причинах остальных особенностей ремонта квартиры. Пораскинув мозгами, как следует, мы с отцом дружно насели на маму, и, в течение месяца нашли себе другое жильё.
Разумеется, при продаже этой квартиры, мы даже не заикнулись о происшествии месячной давности. Но перед самым отъездом я, выбрав момент, когда родители были заняты погрузкой вещей, оставила маленькое послание новым жильцам. На небольшом листе бумаги, который я спрятала в один из кухонных шкафчиков, была одна-единственная фраза, написанная самым моим убедительным почерком.
«РАДИ ВСЕГО СВЯТОГО, НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ РЕМОНТИРУЙТЕ ВЕНТИЛЯЦИЮ»

URL
Комментарии
2013-10-26 в 19:55 

склизким шорохом - это как?

URL
   

Творчество из литровой банки

главная